Григорий Горин. Истории
Эту невероятную историю я услышал от кинорежиссера Владо Павловича. Он был сербом, сыном известного югославского коммуниста, героя партизанской борьбы, в последствии поссорившегося с Тито. Поэтому семья Павловичей проживала в эмиграции в Москве, а сын Владо сотрудничал с Мосфильмом и даже снял картину с участием В. Высоцкого. Сценарий второго своего фильма (он потом вышел под названием "Бархатный сезон") Владо предложил сочинять мне, а в качестве сюжета -- историю одной из интербригад, принимавших участие в гражданской войне в Испании.
И вот, разрабатывая всевозможные варианты сюжета, на которые было богато то время, Владо как-то между прочим заметил: "Надо как-то тронуть и еврейскую тему".
-- С какого боку? -- не понял я.
-- Генерал Франко был из евреев, ты разве не знаешь? Я, конечно, не знал и ахнул от изумления. (Надо сказать, Владо Павлович был известен как большой фантазер, но это уж было чересчур.)
-- Этого нам только не хватало! -- сказал я. -- И так на евреев все шишки летят за русскую революцию! За испанскую пусть уж отвечают испанцы.
-- Франко был еврей! -- продолжал настаивать Владо.-- Мой отец даже видел его родную тетю Берту Лазаревну.
-- В Мадриде?
-- Здесь, в Москве. Отец был работником Коминтерна и часто ездил в Мадрид как корреспондент. А эта тетя, Берта Лазаревна, приехала в Москву с Украины, из местечка. Там многие имели фамилию Франко.
-- Не Франко, а Франко,-- поправил я.-- Ты ударяй на последнем слоге. Иван Франко -- великий украинский поэт!
-- Иван, может быть, поэт, -- продолжал Павлович, -- а Берта Лазаревна была Франко. И внук ее, С?ма Франко, тоже.
-- А внук причем?
-- Внук С?ма был комсомолец. Антифашист. Поэтому удрал воевать в Испанию, на стороне республики.
-- Против родственника?
-- Да! -- не понял иронии Павлович. -- Но попал в плен к фалангистам. А тетя Берта Лазаревна, узнав про все, решила письмом обратиться к племяннику Бене.
-- Это еще кто?
-- Я же объясняю: Беня Франко -- генерал. Диктатор! Испанцы звали его на свой манер -- Баамонде Франциско Франко. Но тетя звала просто Беней. И она написала ему письмо: мол, Беня, отпусти С?му, имей совесть. Просит тебя об этом твоя родная тетя Берта, которая тебя знала с детства и пекла твои любимые кихалэх. Кихалэх -- такие булочки с корицей.
-- Про кихахлэх я знаю.
-- Конечно. И генерал Франко знал про кихалэх. И тетя даже хотела ему передать несколько кихелэх вместе с письмом, но все, конечно, боялись брать. А мой отец ее пожалел и взял письмо с собой в Мадрид.
-- Без кихалэх?
-- Без! А письмо взял и переслал какими-то особыми путями фалангистам. А те, видно, доставили самому генералу! И представляешь, через два месяца вдруг находят этого С?му в разрушенном доме под Барселоной живого и здорового.
-- И он ест кихалэх?
Только тут Владо понял мое ироничное отношение к этой истории и страшно обиделся.
-- Пичка матер! -- закричал он в гневе, что в переводе с сербского означало "...твою маму!" -- То все правда!! Клянусь! Чтоб я мертвого Тито в жопу целовал!
Это была самая страшная клятва в его устах! Представить Владо Павловича целующим даже живого Тито было невозможного. А уж про мертвого и говорить нечего.
Я сразу посерьезнел и из вежливости спросил:
-- А что было дальше?
-- Дальше С?ма Франко вернулся, и его посадили в ваше НКВД, как и многих, кто воевал в Испании. Тогда тетя Берта написала письмо Сталину. Она просила за внука. Наверное, думала, что Сталин тоже любит кихалэх и все поймет. Но Сталин кихалэх не любил. И ее посадили. И отца моего тоже посадили.
Тут Павлович задумался, а потом закончил свой рассказ такой фразой:
-- Они, конечно, пичка матер, все -- кровавые диктаторы! И Франко, и наш Тито, и ваш Сталин. Но и среди них есть порядочные люди, а есть -- совсем говно!
Если гос-во не выполняет обязательств - это плохо. Тогда вообще зачем оно нужно? Отстаивать свои права надо однозначно но не за счёт остальных граждан.
Эту невероятную историю я услышал от кинорежиссера Владо Павловича. Он был сербом, сыном известного югославского коммуниста, героя партизанской борьбы, в последствии поссорившегося с Тито. Поэтому семья Павловичей проживала в эмиграции в Москве, а сын Владо сотрудничал с Мосфильмом и даже снял картину с участием В. Высоцкого. Сценарий второго своего фильма (он потом вышел под названием "Бархатный сезон") Владо предложил сочинять мне, а в качестве сюжета -- историю одной из интербригад, принимавших участие в гражданской войне в Испании.
И вот, разрабатывая всевозможные варианты сюжета, на которые было богато то время, Владо как-то между прочим заметил: "Надо как-то тронуть и еврейскую тему".
-- С какого боку? -- не понял я.
-- Генерал Франко был из евреев, ты разве не знаешь? Я, конечно, не знал и ахнул от изумления. (Надо сказать, Владо Павлович был известен как большой фантазер, но это уж было чересчур.)
-- Этого нам только не хватало! -- сказал я. -- И так на евреев все шишки летят за русскую революцию! За испанскую пусть уж отвечают испанцы.
-- Франко был еврей! -- продолжал настаивать Владо.-- Мой отец даже видел его родную тетю Берту Лазаревну.
-- В Мадриде?
-- Здесь, в Москве. Отец был работником Коминтерна и часто ездил в Мадрид как корреспондент. А эта тетя, Берта Лазаревна, приехала в Москву с Украины, из местечка. Там многие имели фамилию Франко.
-- Не Франко, а Франко,-- поправил я.-- Ты ударяй на последнем слоге. Иван Франко -- великий украинский поэт!
-- Иван, может быть, поэт, -- продолжал Павлович, -- а Берта Лазаревна была Франко. И внук ее, С?ма Франко, тоже.
-- А внук причем?
-- Внук С?ма был комсомолец. Антифашист. Поэтому удрал воевать в Испанию, на стороне республики.
-- Против родственника?
-- Да! -- не понял иронии Павлович. -- Но попал в плен к фалангистам. А тетя Берта Лазаревна, узнав про все, решила письмом обратиться к племяннику Бене.
-- Это еще кто?
-- Я же объясняю: Беня Франко -- генерал. Диктатор! Испанцы звали его на свой манер -- Баамонде Франциско Франко. Но тетя звала просто Беней. И она написала ему письмо: мол, Беня, отпусти С?му, имей совесть. Просит тебя об этом твоя родная тетя Берта, которая тебя знала с детства и пекла твои любимые кихалэх. Кихалэх -- такие булочки с корицей.
-- Про кихахлэх я знаю.
-- Конечно. И генерал Франко знал про кихалэх. И тетя даже хотела ему передать несколько кихелэх вместе с письмом, но все, конечно, боялись брать. А мой отец ее пожалел и взял письмо с собой в Мадрид.
-- Без кихалэх?
-- Без! А письмо взял и переслал какими-то особыми путями фалангистам. А те, видно, доставили самому генералу! И представляешь, через два месяца вдруг находят этого С?му в разрушенном доме под Барселоной живого и здорового.
-- И он ест кихалэх?
Только тут Владо понял мое ироничное отношение к этой истории и страшно обиделся.
-- Пичка матер! -- закричал он в гневе, что в переводе с сербского означало "...твою маму!" -- То все правда!! Клянусь! Чтоб я мертвого Тито в жопу целовал!
Это была самая страшная клятва в его устах! Представить Владо Павловича целующим даже живого Тито было невозможного. А уж про мертвого и говорить нечего.
Я сразу посерьезнел и из вежливости спросил:
-- А что было дальше?
-- Дальше С?ма Франко вернулся, и его посадили в ваше НКВД, как и многих, кто воевал в Испании. Тогда тетя Берта написала письмо Сталину. Она просила за внука. Наверное, думала, что Сталин тоже любит кихалэх и все поймет. Но Сталин кихалэх не любил. И ее посадили. И отца моего тоже посадили.
Тут Павлович задумался, а потом закончил свой рассказ такой фразой:
-- Они, конечно, пичка матер, все -- кровавые диктаторы! И Франко, и наш Тито, и ваш Сталин. Но и среди них есть порядочные люди, а есть -- совсем говно!
):
Параноики.